7 мая 2017 года Карл Эглофф установил рекорд подъема-спуска на Эльбрусе. Он улучшил время предыдущего рекорда, установленного Виталием Шкелем, на 18 минут. Теперь рекорд составляет 4 час 20 минут.
Кто же такой Карл? Мы знаем, что ему 36 лет и он из Эквадора. Также мы знаем, что ему принадлежат действующие рекорды скорости в восхождениях на Килиманджаро, Аконкагуа и, вот теперь, на Эльбрус.
Но что у него за плечами? Как он пришел в этот спорт? Как шел своим рекордам? Свою историю он рассказал в интервью Ian Corless, которое мы перевели.


Фото: Red Fox Elbrus Race

Твой отец был горным гидом, так?

Да, все верно. Я родился в Кито, здесь довольно высоко, высота – 2000 метров. Моя мать была наполовину эквадоркой, наполовину швейцаркой, она встретила моего отца во время учебы, и они решили переехать жить в Эквадор. Здесь они и родили трех детей. Мой отец – горный гид, и он рано начал брать меня в горы. Брал меня с собой даже совсем малышом в рюкзаке.

Я поднимался с ним до приютов в наших эквадорских горах, и если отец с клиентом шел выше примерно еще на 1000 метров, я шел с ними. Как только я начал говорить, я мог разговаривать только о горах и альпинизме. Мою мать это не слишком радовало, она все время говорила, чтобы я не выбирал себе профессию горного гида. Она переживала из-за этого, постоянно рассказывала мне о других профессиях. Я все время читал о прекрасных горах по всему миру и задавал отцу так много вопросов, что он умолял меня оставить его в покое.

Когда мне было 15, у меня появилась первая возможность пролезть с ним по леднику здесь, в Эквадоре. Отец говорил мне: "Когда тебе исполнится 15 лет, я возьму тебя с собой, потому что в этом возрасте ты уже сможешь осознавать, что делаешь". И когда я стоял на вершине. он мне сказал: "Сынок, у тебя так много энергии, что я думаю, ты должен помогать мне работать". Я думаю, тогда всё и началось. Я помогал ему в его работе гидом почти каждые выходные.

К несчастью моя мать умерла, когда мне было 17. И все трое детей решили пойти учиться. Я поехал в Швейцарию. Прожил в Цюрихе около 8 лет и при любой возможности, я отправлялся в горы: кататься на сноуборде, бегать, ходить.

В 26 лет я вернулся в Эквадор и попробовал стать профессиональным футболистом, потому что здесь, в Эквадоре, ты вырастаешь с футболом, здесь это больше, чем спорт, здесь это религия.

До того, как ты начнешь рассказывать о футболе, расскажи еще немного об отце, о том, как он, будучи горным гидом, брал тебя с собой; твоя история похожа на историю Kilian Jornet. Его отец работал в горах, семья жила в горном приюте, с младенчества дети воспитывались в горах. Конечно, этот образ жизни, он способствует развитию спортивных способностей, особенно в условиях высокогорья.

Я прочел книгу Kilian Jornet, и мне казалось, что я читаю свою собственную историю. Я тоже жил на 2400 м, мы с отцом также постоянно ходили в горы, потом спускались в долину. Читая, я отметил еще одно сходство. Kilian пишет, что он часто выходил ночью без фонаря и просто сидел наедине с природой. Я делал то же самое с моим отцом. Я чувствовал себя частью природы. Мне нравилось ходить по тропам разных диких животных, и я постоянно задавал отцу кучу вопросов.

Когда мне становилось скучно, а клиенты были уставшими, я подходил ночью к отцу и спрашивал: "Что, разве еще не рассвело?" Я был нетерпелив, и он отвечал мне: "В горах опасно, здесь наверху можно умереть".

Когда я стал старше, отец стал делать мне некоторые послабления. Я мог сходить на вершину или взобраться по маршруту предыдущего дня. Отец стоял внизу и следил за мной в бинокль, показывая руками, куда идти - вправо или влево. Так что да, моя история очень похожа на историю Килиана.

Очень похожа. И Килиан тоже не сразу начал заниматься трейлраннингом и альпинизмом, он начинал со ски-альпинизма и лыж. Ну а ты нам сказал, что твоей страстью был футбол.

Это точно. В Эквадоре футбол – религия. В школе здесь только и делают, что играют в футбол. Другого спорта не существует. Для меня единственный способ почувствовать свободу - заниматься спортом, для меня это как наркотик. Я быстро делал домашнюю работу и у меня было достаточно времени для игры, так что постепенно футбол стал для меня всем. Когда мама спрашивала, кем я хочу быть после школы, я отвечал, что буду профессиональным футболистом.

Мои тренеры говорили, что у меня был талант, но моя мама (она же из Южной Америки) была очень консервативной. Перед смертью она говорила, что это не важно, кем я стану, только бы не гидом и не спортсменом. Вот он я сейчас, стал и тем, и другим. Я очень старался выполнить просьбу матери, начал учиться. Поехал в Швейцарию, пробовал работать в разных местах, но нигде не чувствовал себя счастливым, вот что важно. Нужно заниматься тем, что делает тебя счастливым. Когда я вернулся в Эквадор, я вынужден был сделать год перерыва перед началом нового бизнеса и открытием моего туристического агентства. Именно тогда я начал заниматься велоспортом.

Я использовал велосипед только для поездок в спортзал. Было забавно, когда один парень подошел ко мне и сказал: "Я слышал, у тебя куча энергии, Карл, не хочешь быть моим напарником в самой крупной в Эквадоре гонке на горных велосипедах?" Я ответил, что хочу, но у меня нет никакого соревновательного опыта и не хватает правильной техники. Он сказал: "Не переживай, поехали с нами".

Так я поехал с ним на эти соревнования, и когда мы стояли на стартовой линии, я спросил у него кто все эти велосипедисты, которые выглядели как профессионалы. Его ответ был забавным: "Профессионалы? Ну да, это ж самая главная гонка в Эквадоре и все лучшие спортсмены международного уровня здесь".

Это была крутая гонка. После ко мне подошли спонсоры и сказали: “Карл, мы хотим тебя спонсировать”. Это были прекрасные новости, это же были мои первые соревнования, Они сказали мне не переживать и приходить в офис в понедельник.

Мне было 26 лет. Я начал тренироваться и еще раз тренироваться. Спустя 2 года я стал ездить с национальной командой по различным соревнованиям. И в итоге, меня отобрали на кубок мира 2011 в Италии. Годом позже я поехал на следующий кубок мира во Франции, и затем меня пригласили в профессиональную команду. Я стал действительно хорошим спортсменом.

Итак, это было прекрасное время, когда ты попробовал себя в спорте. Но в то время, когда ты занимался горным велосипедом, ты ходил в горы как гид?

Да. Я начал работать гидом в 2007 в первом агентстве, а 5 лет спустя открыл собственную компанию. MTB при этом был большой частью моей жизни, я получал удовольствие, занимаясь этим видом спорта, но проблема в том, что это все стоит больших денег. Нужно ездить на международные соревнования и на что-то жить. Так. мы сели всей семьей, обсудили мои возможности и приняли общее решение. Мне тогда был 31 год, для MTB это много, так что я принял решение уйти.

Интересно, что ты говоришь, что был слишком стар для МТВ, ведь ты был довольно успешен в этом спорте. Рановато в 31 год думать, что будущего нет. Ты бы хотел сейчас вернуться после такого успеха в беге, думал ли ты, что принял неверное решение?

Я думаю, главная причина в том, что мы живем в довольно консервативном обществе, где спорт не рассматривается, как что-то перспективное, здесь родители не говорят тебе: "Давай, иди поиграй в теннис...становись профессионалом и так далее". Моя семья не одобряла моё занятие, они говорили, что спорт ни к чему меня не приведет. У меня появилась возможность поработать в швейцарской компании, которая предоставила мне возможность работать горным гидом на Килиманджаро и еще в нескольких местах. Это была отличная возможность, я мог получать деньги и управлять бизнесом в Эквадоре.

Таким образом, это было карьерным решением, связанным с бизнесом и семейной тягой к горам. Я думаю, ты чувствовал себя не так, будто завязал со спортом, а словно поменял спортивную дисциплину.

Да, именно так. Я всегда бегал, постоянно тренировался, но никогда не рассматривал это как соревнование. Раньше здесь никто и не думал о беге, а теперь бег здесь на втором месте после футбола. В 2012 году я ушел из МТВ, сконцентрировался на работе, в 2013 серьезно занялся работой гидом, и передо мной открылось множество дверей. Я ездил в Непал, другие страны и стал зарабатывать впервые в жизни. Наконец-то я мог купить машину, расширить свою компанию.

Позволь перейти к Килиманджаро. Тогда я впервые услышал твое имя, но хоть ты и побил рекорд Килиана, тогда ты все еще не получил достаточно признания.

Кое-где об этом писали, но всемирной известности этот факт не получил, широкой огласки не было. Думаешь ли ты сейчас о семи вершинах?

Все началось в 2012. Мой друг Николас, который сейчас в моей команде, попросил меня сбегать с ним на вершину одной из самых высоких гор у нас в Эквадоре. Она почти той же высоты. что и Килиманджаро. Мы стояли внизу и он сказал мне: "Давай побежим на рекорд!" Интересно, что я до этого никогда не забегал на гору. Когда я забежал на вершину, я осознал, что побил рекорд на 25 минут. На спуске я встретил своего друга и извинился, что оставил его позади, но он только рассмеялся и сказал: "Не переживай. Это был единственный способ дать тебе понять, насколько быстр ты в горах". Я продолжил спуск и побил мировой рекорд, В Эквадоре это стало большой новостью. Многие критиковали меня, так как горы опасны, как они считают, и люди погибают в горах. Но я горный гид и знаю, как опасны могут быть горы.

У меня есть вопрос. Все знают, что ты побил рекорд Килиана на Килиманджаро почти случайно. Расскажи, как рекорды вроде этого фиксируются? Сейчас многие спортсмены заявляют, что они где-то установили FKT(fastest known time). Так как же ты устанавливал свой рекорд?

На Килиманджаро мне было очень трудно. Когда я бегал на Котопахи, там не было специальных людей, фиксирующих мой рекорд. Там были просто сотрудники Национального парка, которые могли доказать, что я это сделал и у меня была фотография моих часов на вершине. На Килиманджаро было сложнее. Почему я сначала выбрал Килиманджаро? Я работал на Килиманджаро гидом, был там 3 раза от агентства. Я себя чувствовал очень хорошо на этой горе, там такая же температура, похожая растительность, почти такая же высота, как в наших горах в Эквадоре. Когда клиенты отдыхали, я обычно переобувался и бегал к следующему приюту, мне говорили: Карл, то что ты делаешь, впечатляет”. Мне нравилось бегать, я делал это просто для себя. Мне говорили, что это опасно, что со мной может что-нибудь случиться. Но я отвечал, что я вырос в горах и знаю все о них. Не беспокойтесь обо мне, лучше позаботьтесь о моих клиентах, пока я бегаю. Ребята в приюте начали делать ставки, как быстро я добегу в следующий раз. Они говорили мне: "Карл, ты должен сделать это за час и 5 минут, или мы потеряем деньги". Потом, когда я вернулся после какого-то восхождения с группой в Швейцарию, меня вызвал к себе директор, и я подумал: "Оу, сейчас меня уволят". Но мне сказали, что слышали о том, что я бегаю на Килиманджаро, и хотели бы, чтобы я побил мировой рекорд. Сказали, что будут спонсировать. Меня спросили: "Ты знаешь, кто установил рекорд?" Я не знал. - "Килиан, ты слышал о нем?" Я ответил, что не слышал о нем ничего, спросил, какое его время. - 7 часов 14 минут. Я сказал: "Это очень круто". Так попробуй. Мы тебе со всем поможем, у нашего агентства хорошая репутация в Африке. Тебе нужно просто потренироваться. В январе я прилетел в Эквадор. У меня не было ни малейшего представления, как я должен тренироваться, какая экипировка мне нужна. Нам, конечно, нужен был оператор, но денег на него не было. Мне сказали, что просто дадут камеру, чтобы я сам снимал. В июле я полетел в Африку. Вплоть до этого момента я очень много ездил на велосипеде, у меня были соревнования. Только за месяц до Килиманджаро я начал много бегать, бегать на высоте, бегал по 25-30 км на высоте выше 4000 м, проверял, как поведет себя мой организм. На Килиманджаро я был 4 недели, так что я хорошо акклиматизировался. К тому времени я прочел книгу Килиана, так что знал о нем уже больше, понимал, что он большой талант. Я думал тогда: “Какого черта я здесь делаю, мне не побить его рекорд”.

После двух недель пребывания там, я попросил разрешения у Национального парка сделать тренировку по маршруту, на котором я собирался устанавливать рекорд. Так что это была первая серьезная тренировка перед рекордом. У меня был рюкзак с собой, я взял много вещей, достиг вершины я за 6 часов. Я знал, что Килиан дошел до вершины за 5 часов 23 минуты. Но я понимал, что не выкладывался до конца, что взял много вещей, которые не собирался брать на попытку рекорда, взял аж 2 литра воды. Время, за которое я тогда поднялся, было вторым или третьим результатом восхождения на вершину. Когда я в тот день спустился, я чувствовал себя плохо. Я осознал, что делал много ошибок, что нужно больше есть, пить, нужно брать намного меньше веса с собой.

В книге Килиана я читал, что его сопровождал и помогал танзанийский гид Саймон Мтуи, очень быстрый бегун. Я позвонил ему, предложил быть в моей команде. Но он сказал, что очень занят, и у него совсем не будет времени. Перед забегом, я спросил, не хочет ли кто-то из команды сопровождать меня на каких-то отрезках, но все отказались, они никогда не бегали в горах. Так что я должен был идти совсем один.

В день рекорда я чувствовал себя прекрасно, мы приехали к месту старта. Меня пытались не пустить без гида, но моя команда сказала, что никакой гид не сможет идти так быстро, это же будет попытка установления рекорда. Забавно, но если бы я не был гидом и не работал там до этого, то меня бы не пустили на гору.

Во время установления рекорда были ли люди на определенных участках горы, чтобы засвидетельствовать твой спуск и подъем?

Да, агентство позаботилось об этом. Я же бил рекорд Килиана, так что все должно было быть официально. Сотрудники Национального парка стояли на старте и на вершине с рацией. С вершины объявили по рации, что я установил новый рекорд скорости подъема на вершину.

Как ты потом решился на Аконкагуа после Килиманджаро? Ты знал о готовящейся попытке Килиана так скоро после твоего рекорда на Килиманджаро?

Я читал о его проекте "Summits of my life", но я не знал, что он готовит рекорд на Аконкагуа. У меня были билеты туда, у меня должна была быть там группа в феврале. После рекорда я поверил в свои силы. И подумал, что можно попробовать забежать на Аконкагуа. Все спрашивали, почему Аконкагуа? Потому, что у меня уже были билеты туда, и поездка туда не должна была быть дорогой. Нужно было просто задержаться там после работы. Я позвал с собой самого быстрого гида в Эквадоре, моего хорошего друга. Я знал, что вместе мы сделаем это.

Изменился ли характер твоих тренировок тогда? Стал ли ты готовиться именно к таким забегам? Стал ли ты делать тренировки на скорость? Что ты делал, чтобы адаптировать себя к таким нагрузкам?

Да, после Килиманджаро все изменилось. Меня стали многие обсуждать, критиковать, многие мне не верили. Я подумал, что это подходящее время для Аконкагуа. Мы решили с моим тренером и друзьями, что в этот раз подготовимся очень хорошо. Мы уже знали о планах Килиана, я понимал, что в этот раз он в лучшей форме, чем он был когда-то на Килиманджаро. Поэтому я начал тренироваться очень много, сконцентрировался на Аконкагуа. Я почти перестал тренировался на байке, только один раз поучаствовал в очень важной гонке МТВ. 6 месяцев я готовился только к этому забегу. Я впервые поучаствовал в трейловом забеге в Чили. Декабрь был очень важным месяцем, потому что у нас в декабре сезон восхождений, я почти все время проводил на высоте 4000-5000 м. Я много тренировался, совершил восхождения на 15-16 вершин выше 5000 м у нас в Эквадоре.

Килиан тогда уже установил рекорд?

Он установил свой рекорд, когда я был в Чили, на соревнованиях, я тогда выиграл их. Тогда все там говорили о Килиане.

После я поехал на Котопахи, ночевал там, чтобы понять, как мой организм готов, хорошая ли у меня акклиматизация. Перед вылетом на Аконкагуа я решил потренировать сердце. Потому что, будучи так много времени на высоте, становишься медленнее, устаешь. Поэтому я комбинировал тренировки скоростные и высотные. Неделю я делал интенсивные тренировки. Я поучаствовал в трейловых соревнованиях, потому что нет ничего лучше для тренировки сердца, чем соревнования.

Наконец, мы полетели на Аконкагуа, там я отлично акклиматизировался. Мы сходили три раза на вершину за 8 дней. Мы провели 3 ночи подряд на высоте 5500 м. Когда мы спустились вниз перед рекордом, я был очень уставшим, было решено заложить больше дней на восстановление. Мы провели 2 ночи в гостинице перед забегом.

Когда мы спустились, 16 февраля мы пошли заявить спасателям на Аконкагуа о том, что 19го буду пытаться побить рекорд. Но они сказали, что слишком много людей в последнее время пытаются сделать то же самое. Я начал рассказывать, что долго готовился, мне нужна эта попытка, мне сказали, чтобы я приходил завтра. На следующий день мы пришли поговорить с начальством, и нам рассказали, что с тех пор, как Килиан установил рекорд, многие приезжают побить его рекорд, и многих приходится спасать, а платить за спасработы они не хотят. Поэтому теперь нужно подписать бумаги, что я готов платить за свое спасение, если со мной что-нибудь произойдет. Я сказал, что я все подпишу, пусть только меня пустят на гору.

В день рекорда я встал в 4 утра, погода должна была быть хорошей, но только до обеда. Спасатели попросили возвращаться побыстрее.

Ты использовал GPS, у тебя были часы Suunto или Garmin?

Да, меня спонсировали Suunto. Я использовал Suunto Ambit Peak 3. Также меня можно было отслеживать по треку в реальном времени. После установления рекорда внизу меня все приветствовали, я же южноамериканец, я должен был установить этот рекорд в Южной Америке, поэтому все были очень счастливы. Сразу же подготовили документы.

Когда я спускался вниз начался дождь, затем снег, который потом продолжался 2 дня. Так что я думаю, у нас есть ангел-хранитель, потому что наверху была очень хорошая погода, ни снега, ни тумана. Когда я спустился, я очень замерз, я сразу же оделся, попросил чаю, но физически я чувствовал себя хорошо.

Какие твои дальнейшие планы? Всё-таки 7 вершин? Какая следующая вершина?

Мы уже думали об этом. Самой доступной для нас является Мак-Кинли, до нее добираться проще всего. Но чтобы ехать на Мак-Кинли, нужно уметь хорошо кататься на лыжах. Но в Эквадоре мы не катаемся на лыжах, так что нашей команде предстоит этому научиться. Я катаюсь на лыжах, но не так хорошо, как Килиан. Хотелось бы установить несколько рекордов в Южной Америке, потому что меня здесь постоянно спрашивают, почему только 7 вершин.

Планируешь ли ты поехать на Эверест?

Конечно, но я еще не готов к Эвересту. Хотя я думаю, что никто не может быть готов достаточно для скоростного восхождения на такую высоту.

Это очень хорошо, что Килиан устанавливает рекорды. Мне есть, на что опираться потом. Новость о том, что он установил рекорд очень меня радует, потому что это открывает двери и для меня. Здесь нет ничего личного, просто желание побить его рекорд предоставляет мне определенные возможности.


Рекорды Карла Эглоффа

2014 – Килиманджаро 5895 – 6:56'24''

2015 – Аконкагуа 6961 – 11:52'

2017 – Эльбрус 5642 – 4:20'45''


Все рекорды в формате вверх-вниз

Валёк Вергилюш

Сооснователь mountain-race.ru

Трейлраннер, альпинист)

comments powered by HyperComments

Ближайшие старты

29.07
Трейлраннинг
Москва и Московская обл., Королев
32 км 16 км 8 км 4 км
03.08 – 05.08
Трейлраннинг
Кабардино-Балкария, Приэльбрусье, Верхний Баксан
112 км | 5430 D+ | iTRA 5 57.4 км | 3870 D+ | iTRA 4 45.5 км | 3250 D+ | iTRA 3 33.5 км | 2180 D+ | iTRA 2 11 км | 1700 D+ | iTRA 1
03.08 – 06.08
Трейлраннинг
Красноярский край, нацпарк Ергаки
69 км | 4200 D+ | iTRA 3
14.08 – 18.08
Трейлраннинг
123 км | 3150 D+
Смотреть полный календарь

Читайте также

Присоединяйся к нам в соцсетях!
Будь в курсе новостей!